Тарелка сменилась коробкой. Тоскливый радиовой сменился беседой неробкой, толковой беседой живой. О чем нам толкуют толково те, видящие далеко, какие интриги и ковы изобличают легко, о чем, положив на колени ладонь с обручальным кольцом, они рассуждают без лени, зачин согласуя с концом? Они и умны и речисты. Толкуют они от души. Сменившие их хоккеисты не менее их хороши. Пожалуй, еще интересней футбол, но изящней — балет и с новой пришедшие песней певица и музыковед. Тарелка того не умела. Бесхитростна или проста, ревела она и шумела: близ пункта взята высота. Ее очарованный громом, стоять перед ней был готов, внимая названьям знакомым отбитых вчера городов. Вы раньше звучали угрюмо, когда вас сдавали врагу, а нынче ни хрипа, ни шума заметить никак не могу. Одни лишь названья рокочут. Поют городов имена. Отечественная война вернуть все отечество хочет.
