Под стоны тяжкие метели Я думал — ночи нет конца: Таких порывов не терпели Наш дуб и тополь месяца. Но солнце брызнуло с постели Снопом огня и багреца, И вмиг у моря просветлели Морщины древнего лица... И пусть, как ночью, ветер рыщет, И так же рвет, и так же свищет,— Уж он не в гневе божество. Кошмары ночи так далеки, Что пыльный хищник на припеке — Шалун и больше ничего.
